Домой Сочи-2014 После олимпиады Нынешнее состояние будущего наследия

Нынешнее состояние будущего наследия

895
1

Светлана ВОЛОШИНА,
«Наш дом — Сочи», 17.06.2010

За месяц до празднования трехлетия победы Сочи в гонке за Олимпиадой на заседании общественного совета по развитию инфраструктуры города Сочи в ходе реализации проекта «Сочи-2014» нам показали, с чем же останется город после Игр. Много говорилось о коррекции менталитета сочинцев, но интереснее о материальном.

Постолимпийская переквалификация

Самая поражающая цифра была озвучена заместителем министра регионального развития Ю. Рейльяном: новая сумма, в которую обойдется Олимпиада, — 950 млрд рублей.

«Мы серьезно напрягли бюджет», — повторяет заместитель министра.

Если эту «бюджетную» сумму разделить на общее количество российских налогоплательщиков, то окажется, что каждый из нас заплатит за эту Олимпиаду порядка 200 долларов, пусть и в виде отчислений в бюджеты различных уровней.

Напомню, что при подаче Заявочной книги эта сумма была 314 млрд рублей, и в разгар кризиса звучали даже заявления о ее сокращении. Кризис, что ли, кончился? Не менее интересно текущее состояние дел с олимпийскими дворцами, потому что строительство огромного числа ледовых спортивных сооружений в субтропиках изначально казалось многим идеей несколько рискованной: содержать в сочинском климате лед — очень дорого. Вот горнолыжные комплексы останутся в Сочи практически в первозданном виде — как их и запроектировали лучшие мастера трасс. А судьбы олимпийских дворцов в нижнем парке все корректируются.

На сегодняшний день видение их будущего таково. Большая ледовая арена станет многофункциональным комплексом. Малая ледовая арена возводится как разборная конструкция, и после Игр ее перевезут в другой город (пока не очень ясно какой), хотя это дорого, намного дороже, чем просто строительство двух разных объектов.

Конькобежный центр переквалифицируется в выставочный комплекс, и (внимание, сочинцы!) предполагается, что это навсегда лишит Сочи безумия экономического форума в центре города. На месте арены для керлинга будет построен после Игр бизнес-центр. Зал фигурного катания строится как сборно-разборная конструкция, но есть серьезное предложение создать на его базе велотрек. Такие соревнования не очень прибыльны, но как место для тренировки спортсменов этот объект будет пользоваться популярностью наверняка. Вообще, сегодня ставится задача делать объекты зимней Олимпиады так, чтобы потом максимально использовать их для подготовки «летних» спортсменов. План-максимум — ЧМ по футболу.

На территории Красной Поляны возможен запрет на использование двигателей внутреннего сгорания — их заменят на перехват-парковках электромобилями. Также в наследие уйдет 42 тысячи номеров, которые необходимы для проведения Олимпиады и не смогут быть заполнены даже по самым оптимистичным сценариям развития курорта. Поэтому часть из них строится апартаментами.

Останется после Игр олимпийский университет — чудо образования на месте санатория им. Мориса Тореза с тремя факультетами и 1500 номерами апартаментного типа. Не исключено появление между олимпийскими объектами в Имеретинке трассы «Формулы-1». Расширятся пляжи. И немаловажно то, что Сочи уже получил от Олимпиады. Это — генплан.

Главное — руки не путать

Если углубиться в недавнюю историю, то основным заказчиком, а частично — и исполнителем — генерального плана Сочи, о котором столько говорится, был все же Олимпстрой. Конечно, без внятного главного градостроительного документа жизнь города ненормальна, а в Сочи успела породить немало нереальных градостроительных чудовищ. Некоторые из них, правда, так и не вылупились, но примеры проектов освоения сочинских земель в самых что ни на есть знаковых местах поражают.

С того момента, как у Сочи образовалось «олимпийское будущее», до принятия генерального плана развития курорта изумительным образом оказались в аренде на долгие годы (а то и вовсе в частной собственности) практически все мало-мальски свободные участки города. На сегодняшний день даже в администрации Сочи не всегда известен истинный владелец этих богатств, так как продавались они и перепродавались несчетное количество раз. Но известно, что за малым — буквально на стадии отсутствия пары подписей — затормозились уже практически готовые проекты, воплощение даже половины из которых добило бы город.

Так, не осуществлено инвестиционное соглашение 2006 года о строительстве у Центрального универмага, на месте ныне снесенных ларьков многоуровневого паркинга и гостиницы. В муниципальной собственности остался «Фестивальный», в сквере у которого было запроектировано инвесторами два жилых комплекса. Отозваны документы, разрешающие строительство на месте магазина «Филателия»: там мог бы быть большой универсам. Методом волокиты предотвратила начало строительства на земельном участке от Художественного музея до «Луна-парка» подземного торгового центра, а на месте самих каруселей — двух башен по
38 этажей каждая. Ничего (по крайней мере, пока) не будет построено на месте «поцелуевского» гастронома — а могло быть две высотки по двадцать два этажа каждая. Зависший на данный момент проект «Чайки» вообще предусматривает возможное строительство стоэтажного(!) сооружения.

По официальной информации, генеральный план стал законодательной основой для прекращения строительного беспредела, но, по словам главы города
А. Пахомова, к нему и до сих пор время от времени приходят и звонят известные в стране люди с просьбами-требованиями то дать разрешение на строительство, то подписать проект возведения апарт-комплекса на участке размером в три сотки.

Итак, генеральный план разработан не просто с учетом Олимпиады, а конкретно под нее, пусть и скорректированный сотнями поправок, которые все же удалось внести после ожесточеннейших боев. Он — дитя не только архитекторов, но и профессионалов, отработавших и инфраструктуру, и логистику, и даже экологию нашего города. Приняли генеральный план 14 июля 2009 года, что, по заверениям мэрии, позволило предопределить развитие города на ближайшие 25 лет и сохранить его уникальный облик.

И вот, не проходит и года, как в Сочи привозится идея создать приморский фасад города: до 2013 года будет реализован проект реконструкции приморской набережной в центральной ее части. Подразумевается строительство широкой променадной зоны и создание далеко в море уходящих искусственных пляжей. По предварительным данным, протянется это богатство от морского порта до яхт-клуба.

Это, конечно, прекрасно. Хотя как объяснить, к примеру, жителю Центральной Европы главный аргумент в пользу именно такого приумножения пляжного богатства? Ведь он звучит следующим образом: «Набережная настолько занята хозобъектами, что легче не с ними судиться, а новую построить». Это самое «легче» выражается очень четкой суммой в рублях: 4,5 млрд. Одним из ключевых инвесторов проекта станет, по предварительной договоренности, Газпром. Новая набережная с новыми пляжами — прекрасное наследие, которое могло бы служить горожанам, отдыхающим, всей стране долгие годы. Но где оно на генеральном плане? Развитие пляжных территорий — это архиважный вопрос, но почему он не предусмотрен главным документом, основными правилами, по которым нам город строить? Почему все-таки находится возможность строить то, чего нет на генплане? Ужель потому, что правая рука не всегда в курсе, что делает левая?

Делить по-новому

Вообще, согласованность действий — вопрос в предолимпийских преобразованиях довольно болезненный. Тот же генеральный план подразумевал создание на территории олимпийской столицы 8 курортных агломераций, каждая из которых имеет свое «лицо» и курортную специализацию. И вот, через год после принятия «правил игры» — генерального плана — из столицы российской прибывает на общественный совет заместитель министра Минрегионразвития Ю. Рейльян и предлагает готовую концепцию разделения Сочи уже на 4 зоны. По большому счету, на данном этапе — что 4-, что 8-, что 16-кратное дробление, причем довольно условное, — большой роли не играет. Но слишком уж показательно, что новый принцип деления, озвученный заместителем министра, преподносится не как уточнение генерального плана, а в общем-то параллельно ему. И, похоже, по-новому Сочи делили, не особо вчитываясь даже в преамбулу к основному градостроительному документу. Но это не помешало взывать, к примеру, к градостроительному кодексу, действующему в Париже, в котором оговаривается даже цвет ставен. Впрочем, к примеру, в Тунисе указание красить дома в бело-голубой действует последние лет 40 и соблюдается практически неукоснительно: хочешь в другой колер — плати за свои желания. У нас же гепланом и паспортами улиц все больше стращают владельцев частных домов в зоне так называемого «олимпийского гостеприимства».

По новому делению предложено Хосту сделать островком семейного отдыха, местом, куда приятно приехать с детьми и в 10 вечера укладывать их спать не под звуки рядом грохочущей дискотеки. Потому как зона молодежных тусовок по новому разделу — это . Центральной части Сочи осталась задача брэндообразования — функции «лица» курорта, а Имеретинке в постолимпийской действительности прочат судьбу и статус курорта мирового уровня (от 2 тыс. евро в сутки за номер и прочие признаки пафосного места).

Есть большая вероятность, что воплощаться будет именно идея из министерства, а не имеющийся в Сочи генеральный план. Отступление вроде и невелико. Ну, не будет эпицентром курортного развития, так об этом не каждый житель поселка и знает. И все же несколько параллельное восприятие генерального плана в городе — главной стройке страны — не принципиально только на первый взгляд. Большое отступление всегда начинается с первого маленького и трудного шага, а каковы последствия использования генерального плана не как четкого руководства к действию, а как карательно-запретительного документа — причем не для всех, — мы видим сегодня, наблюдая, с какими титаническими усилиями нынешней администрации тормозятся стройки в центре Сочи.

Впрочем, даже если бы и был высказан упрек Москве на несовпадение «тамошнего» видения генплана, то на эту претензию у заместителя министра — встречные попреки.

«Хотел бы пожелать, чтобы город больше информировал нас о своих реальных планах. Когда программа утверждена на федеральном уровне, очень трудно, практически невозможно внести какие-либо изменения. Займите конструктивную позицию!» — призвал Ю. Рейльян руководство города.

И эти упреки можно понять. Во-первых, именно под Олимпиаду выделяется беспрецедентное финансирование — без малого триллион рублей! Это — что особенно подчеркивается — двадцатилетний собственный бюджет Сочи, если тратить его только на строительство объектов. Ну а кто такие деньги платит, тот и музыку заказывает. Кроме того, звучат пожелания, чтобы Сочи не только активнее включался в реализацию спущенного сверху, но и принимал участие в планировании.

«Из Москвы и даже из Краснодара очень трудно держать руку на пульсе», — отмечают в министерстве.

Но беда в том, что если к планированию и допускают, то с крайне урезанными полномочиями, и внести изменения, двигаясь снизу, из Сочи, вверх, практически невозможно. Сверху вниз новые идеи «как еще обустроить Сочи» продвигаются значительно успешнее.

Побочный эффект как наследие

Собственно, определенные, пусть пока и не очевидные, дивиденды от строительства сочинской Олимпиады уже есть. Первые, кто их ощутил, — девелоперы — организации, занимающиеся «развитием» городских территорий, планированием застройки, собственно строительством, обеспечением инфраструктуры и проч., и само государство. Причем, речь идет не о тех выгодах, о которых рассказал российский бизнесмен Валерий в интервью британской газете «The Sunday Times», подробно расписывая схему распределения контрактов на строительство олимпийских объектов в Сочи.

Когда прибрежный кластер Олимпиады стал крупнейшим проектом современной России, государству пришлось стать его главным девелопером. И начались удивительные вещи! Впрочем, для строителей из реального сектора — вполне-таки обыденные, но для госструктур — просто поражающие. Например, открытием для чиновников стало, что разрешение на строительство можно получать и четыре года подряд, и не получить его. Когда об этом кричали бизнесмены — это было дружным хором, но все же гласом вопиющего в пустыне. С Олимпиадой же «вопиющим бизнесменом» стали госструктуры, специально созданные к Играм и имеющие карт-бланш такого масштаба, что простому смертному бизнесмену и не снился.

«До этого мы были по разные стороны баррикад», — обозначил диспозицию Ю. Рейльян.

«Внезапно» в кабинете министров стало известно о неадекватной стоимости подключения к сетям. Причем эта сумма показалась настолько бешеной, что председателю правительства В. Путину чуть ли не лично пришлось решать вопрос о том, чтобы подключение к сетям олимпийских объектов проходило за треть ценника. Пока, правда, эта SALE касается не всех, а строек «приближенных», но хотя бы осознание наличия проблемы — это уже пусть и не выход из-за баррикад, но все же — прогресс. И коль скоро строительство спортивных сооружений, регулярно проверяемых МОК, идет такими темпами, что, как выразился Ж. Рогге, «сложилось впечатление, что работа кипит везде — про Олимпийский парк уже не говорю, и в самом городе. Все живет Играми», то кажется, что проблем с олимпийским строительством нет вообще.

Но они есть, и понимать проблемы тех, кто «снизу», придется. И чем меньше времени показывает табло обратного отсчета «До Олимпиады осталось…», тем понятнее должны быть друг другу Сочи и Москва.

Потому что сумма в 950 млрд рублей, которая, как было озвучено на общественном совете по развитию инфраструктуры города в ходе реализации проекта «Сочи-2014», — это не столько стадионы, сколько новые дороги, трубы, провода и прочие жизненно важные вещи.

«Можно было бы эти две недели провести и без строительства инфраструктуры. Но мы не сделали этого, — подчеркнул ценность самого решения перестраивать и ремонтировать город Ю. Рейльян, намекнув, впрочем, что идея на две недели объявить в Сочи выходной и ограничить движение была. — Во многих городах России и края положение еще хуже, чем в Сочи. Поэтому — активней реализуйте уже принятые решения. Динамика освоения средств в этом году тревожит. В первом квартале освоено 2,6 процента выделенных из краевого бюджета средств. В крае — близко к 100!»

Справедливости ради, необходимо отметить — объемы финансирования Сочи и любого иного муниципального образования разнятся многократно, иметь в виду — планы (даже генеральные) сверху меняются довольно непредсказуемо, и не забывать, что после Олимпиады Сочи останется со своим наследием без дотаций и вливаний в инфраструктуру на десятилетия.

«Архитектура Сочи»

источник: blogsochi.ru

Нынешнее состояние будущего наследия
Оцените, пожалуйста

1 КОММЕНТАРИЙ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Получать новые комментарии по электронной почте. Вы можете подписатьсяi без комментирования.