Проблема: управление без аналитики
Все проекты, связанные с урбанистикой, рано или поздно упираются в вопросы управления. Школа модерации, которую я провожу уже много лет, открытые оргкомитеты, комьюнити-центры — всё это поднимает один и тот же вопрос: как устроено управление? Управление — это процедуры выработки решений. Откуда берутся идеи, как конкретизируется будущее в социуме, в коллективных практиках? И второй момент — как эти идеи потом реализуются.
Я наблюдаю всё время одну и ту же проблему: при выработке решений аргументация участников всегда очень низкого качества. Либо это манипуляции — «нам кажется». Либо копирование — «я был там-то, там вот так круто, давайте сделаем». Либо неприкрытое внедрение своих интересов. Почему? Потому что действующая система образования и общественной деятельности в России не учит выработке решений.
Все общественники — либо герои: сам придумал, сам сделал, сам за это получил. Либо находятся в рамке, которая навязана сверху: вот проект, оформите заявку, получите грант, реализуйте, отчитайтесь. Если брать администрацию — то же самое. Административные совещания очень низкого качества, потому что в них нет аналитики.
Анкета горожанина: начало
Чтобы нивелировать этот конфликт, в своё время была придумана анкета горожанина — инструмент валидирования и считывания запросов и настроений жителей. Некий анализ того, что происходит в городе, посёлке, деревне.
Несколько лет назад я заметил, что у меня накопилось безумное количество этих анкет. Целый пул исследований по всем территориям — от посёлков и деревень до районов города, некоторые города исследованы по несколько раз. Большой массив данных, который давно копится.
Анкета обладает определённой структурой. Модели, которые я использую, — модель города, модель человека — используются и для составления вопросов, и для интерпретации полученных данных.
Модели как язык описания
Большой пул моделей был разработан как набор схем, описывающих те или иные явления в постсоветском городе. Модель города — трёхслойная: физическое пространство, социальное пространство, культурные коды. Есть модель городских процессов, модель человека, модель культурного кода, модель креативной экономики, модель смыслов. Все эти модели нужны были для понимания того, из чего всё состоит и как всё со всем связано.
«Городской диалог»: система нового типа
Большой набор стартовых анкет натолкнул меня на мысль, что все эти датасеты можно объединить и начать использовать — для прогнозирования, для городских систем. Так была разработана система «Городской диалог».
Это пока прототип, черновик, но он содержит в себе, на мой взгляд, ряд инноваций.
Инновация первая: карта городских данных
На дашборде помещаются все города, в которых когда-либо проводились исследования. Добавлена функция, которая позволяет включить в систему любой город, который не участвовал в исследовании, но хочет его запустить. Это карта городских данных с доступом к горожанам.
Инновация вторая: демонополизация данных
Городские данные всё время монополизированы государством. Государство пытается нас посчитать, узнать. А сами горожане оперируют очень ограниченным набором данных: счёт в банке (и то не все знают, сколько денег на карточке), дата рождения, количество полных лет, примерный адрес проживания, примерное время маршрутов. Плюс, может быть, какие-то профессиональные знания.
О городе человек знает мало, потому что не имеет доступа к городским информационным системам. Даже лента новостей города купирована — она цензурируется, и там не появляются новости, которые администрацию не устраивают или кажутся ей второстепенными. Поэтому существуют неформальные городские паблики, экспертные чатики. И человек, если он действительно хочет что-то о городе понять и узнать релевантные данные, вынужден приложить усилия.
В городах нет профессиональных бюро исследований. Не публикуются аналитические отчёты, понятные горожанину. Городские медиа не публикуют аналитику, связанную с негативными факторами: преступность, безработица, заболеваемость. Публичное информационное пространство для горожан секвестировано. Только новости: открыли садик, отремонтировали дорогу, приехал кто-то, уехал.
Эта мысль натолкнула меня на то, что кроме дашборда губернатора и центров управления регионом должны появиться дашборды горожанина. Первая идея, лежащая в основе системы: если ты в городе — тебе должна быть доступна городская информация. Абсолютно бесплатно и абсолютно открыто.
Дашборд горожанина: набор сервисов
Система построена как набор дашбордов — профессиональных экранов, на которых житель может что-то про город узнать.
Реализован автоматический анализ вернакулярных районов. Геопарсеры позволяют из анкеты горожанина вытаскивать названия районов и наносить их на карту. В перспективе по каждому району будет своя статистика, доступная горожанину.
Есть обратная связь: человек может оставить комментарий на карте, рассказать историю, предложить идею встречи, инициировать какую-то встречу. Потому что, как правило, рефлексия жителей на живых встречах в комьюнити-центрах звучит так: «Я давно приехал в город, но я пока не попал в «Сигнал», не знал, где можно найти своих людей, с кем встретиться».
Отсутствие пространства для предложения встреч по конкретной теме — это дефицит. Существующие сервисы обратной связи в городе — это всё время жалобы, критика, письма, комментарии. Они не рассчитаны на конструктивного, созидательного человека, который хочет предложить встречу, а не маргинализацию.
В дашборд горожанина встроены инструменты формирования объединений. Автоматический ресурс, который, анализируя данные о городе, предлагает темы сообществ. Если набирается 10 человек — каждому из них высылается автоматическое письмо о том, что собрана инициативная группа.
Если по городу было исследование, жителям доступны все данные, в которых они принимали участие как респонденты. Критика анкеты горожанина всегда была в том, что «мы её заполняли, но отчёт не видели». Искусственный интеллект позволяет проинтерпретировать эти данные — чтобы житель мог не просто посмотреть облако тегов или прочитать цитаты, но понять, что это означает. Такой «город для чайников» — как всё устроено и почему такие вопросы задавались.
Под капотом зашит доступ ко всем топовым языковым моделям — ChatGPT, Claude от Anthropic, Gemini, даже китайский DeepSeek — чтобы протестировать, кто лучше работает с интерпретацией данных.
Есть культурная карта — формирование мудборда горожанина. Городские новости из отборных источников с возможностью объяснить их содержание. Настроение горожан — экспресс-анализ: каждый горожанин может подёргать ползунки здоровья, формируется индивидуальный граф состояния города. В перспективе, когда в системе одновременно будут сидеть 100 или 1000 горожан, мы увидим коллективно, динамически меняющийся граф, описывающий значение города.
Есть AI-помощник — возможность горожанину в какой-то роли обратиться к городским данным. Есть эксперт, который комментирует происходящее. Есть карта «уважаемых людей» — городских героев, которая строится на основании вопроса «кем вы гордитесь» или вклада в городские проекты. Есть городские воспоминания — река времени.
Ролевая модель управления
Первый тезис: чтобы житель участвовал в управлении, он должен всё время быть включён в обратную связь. Эта обратная связь должна быть для него понятна. Здесь нет вопросов «что вы хотите». Здесь всё время обратная связь с точки зрения подтверждения фактов, предложения инициативы, отношения к чему-либо. Это уход от патернализма в сторону критического анализа.
Но на самом деле вся модель управления строится на ролевых историях. Появляется набор ролей — и их много. Они принципиально отличаются от индустриальной эпохи: не «спорт, культура, образование, промышленность», а метапозиции.
Урбанист
Профессиональный дашборд, который позволяет запускать новые исследования либо делать уточнения в существующих. Можно добавить город на карту, настроить параметры анкеты, провести удалённое исследование через парсинг. В перспективе — библиотека анкет: любое исследование можно сделать шаблоном, загнать в базу данных, шаблонизировать или собрать конструктор. Есть и более сложное исследование — когда формируется логика экспедиции, анкеты и ГИС-анализа. Конструктор технических заданий на исследование, конструктор исследовательских алгоритмов.
Исследователь
Дашборд, который позволяет дорисовывать вернакулярные районы, проверять гипотезы, выбирать методические рамки, загружать в городскую базу данных результаты интервью, социальные сценарии, добавлять фотографии, называть районы. Исследователь — тот, кто профессионально начинает работать с городской реальностью и берёт на себя ответственность валидации данных.
Возникает профессиональное сообщество исследователей. Доступ в этот дашборд ограничен — неким экзаменом, подтверждением компетенций. Школы городских исследований будут заканчиваться предоставлением доступа к дашборду. Исследователь формирует гипотезы, первично собирает данные и делает предварительные выводы.
Аналитик
Аналитик — тот, кто интерпретирует собранные данные и может их валидировать. Изначально я начинал всю систему как раз с создания дашборда аналитика. Он позволяет фильтровать данные по разным параметрам: возраст, пол, район, структура дохода. Картировать, какие достопримечательности люди чаще обозначают, где концентрация криминальных или экологических новостей. Плюс интерпретация данных через модели — возможность сразу делать выводы и гипотезы.
С разных профессиональных ролей — например, с позиции городского экономиста — можно проинтерпретировать данные и получить обратную связь. Для каждой роли написаны специальные промпты. Результат можно зафиксировать как гипотезу и отправить на другую роль.
Продюсер
Продюсер обладает возможностью откартировать городские команды. Парсер находит разные городские команды, их нужно валидировать. Продюсер может запустить команду, собрать команду под проект, организовать встречу. Есть канбан-доска — сколько проектов сейчас в городе, на каком этапе. Плюс возможность подбирать инструменты из библиотеки шаблонов реализации городских проектов — от фермерского рынка до комьюнити-центра — чтобы продюсер понимал, по какой схеме реализовывать инициативу.
Модератор
Модератор автоматически получает темы для модерации, видит вернакулярные районы, площадки для встреч. Может брать заказы в работу — например, провести тестовую модерацию. Может загружать протоколы, обрабатывать проекты и тем самым формировать коллективную базу знаний: какие встречи в городе проходят и какая по ним динамика.
Меценат
Роль мецената — инвестирование и финансирование городских проектов. Здесь появляется сущность «фонд городских проектов» — альтернативный бюджет города, формирующийся за счёт частных пожертвований или частных инвестиций, а потом — за счёт прибыли с городских проектов. Предтеча городской экономики, выраженная через роль мецената.
Методолог
Моя роль — для себя делаю этот дашборд, но готов делиться. Методолог может предложить модель, конкретную методологию, протестировать её на реальных данных. Если модель кажется полезной, можно добавить её в маркетплейс интеллектуальных продуктов.
Развитие урбанистики сейчас упирается в отсутствие авторского права на идеи, методологии, технологии. Поэтому должен появиться маркетплейс технологий, моделей и шаблонов, которые можно выставлять на продажу. Предтеча коллективного управления авторским правом.
Кроме маркетплейса реализована регистрация авторских прав через блокчейн. Автоматическая фиксация — любой автор может зарегистрировать свои технологии, шаблоны, методологии. Либо получить консультацию, что это уже дублирование. В перспективе — автоматический поиск совпадений.
И процедура наследования: если вы используете какую-то методологию в работе, автоматически в вашу презентацию вставляется, что проект работает на такой-то методологии. Это решает проблему, что все придумывают проекты «с нуля», но не объясняют, откуда что взялось.
Стратег
Роль стратега позволяет анализировать стратегические документы города. Я прогнал, например, стратегию Серпухова через искусственный интеллект. Он сказал, что это не стратегический документ, потому что в нём не содержатся цели. Там находятся общие слова вроде: «Управление обязано определить приоритетные направления развития в экономике. Управление должно проводить анализ текущего развития отраслей». Стратегирование — это выпавшая компетенция. Стратегия — компетенция, которая позволяет формулировать цели. Дальше эти цели становятся работой модераторов и продюсеров. Формируется стратегический совет города.
Историк
Историк управляет городскими хрониками и городской историей в интерактивном формате. Историков в городе может быть несколько. Историк может предложить события. В историческую хронику города заносятся все события с дашборда: инициации проектов, формирование клубов, меценатская поддержка. Это решает проблему, что мы часто не фиксируем наш опыт, и последние 20 лет нигде не зафиксированы. Вся проектная деятельность становится частью городской истории. Историк выбирает, что из этого важно, что нет, либо это делает искусственный интеллект, чтобы минимизировать рутину.
Социальный архитектор
Те, кто формирует сообщества. Диагностирует ситуацию в городе с точки зрения разных социальных акторов, может инициировать создание недостающих ассоциаций, фондов. Социальная архитектура в её максимуме.
Городской девелопер
Классический подход к девелопменту, но с лайфхаками. Можно выбрать участок в городе, построить изохроны доступности с точки зрения маршрутов и разных функций. Лайфхаки связаны с моей моделью девелопмента: можно провести анализ вернакулярного района, из анкеты горожанина выбрать, каких функций не хватает в конкретном районе, и сформировать данные для технического задания на разработку концепции.
Глубокий анализ вернакулярного района даёт набор недостающих функций и важных городских историй, которые присутствуют в районе и важны для жителей. Девелоперский проект становится публичным — виден стратегу, продюсеру, на карте горожанина. Можно войти в рабочую группу, пройти исследование в рамках проекта.
Добавлены дополнительные инструменты: автоматическое моделирование мастер-планов, размещение улично-дорожной сети, водно-зелёного каркаса, социальной инфраструктуры, генерация мастинга. Фактически — отбираю работу у проектировщиков, которые проектируют мне кубики, а не концепции.
Инженер данных
Это ядро, ради чего создавалась вся система. Возможность формировать для каждого города свой искусственный интеллект. На основании собранных, обработанных, векторизированных фактов есть возможность строить знаниевое ядро о каждом городе. Реальный граф знаний — это мультиядерная система, которая начинает пульсировать, потому что по ней появляются нетривиальные связи.
Знание города из множества фактов превращается в модельную историю. Она постоянно пополняется: новое исследование, новый факт, новый проект, новая обратная связь пропускаются через знаниевый реактор. Если это факт, заслуживающий внимания, — он становится частью знаний. Если это повторение — увеличивается вес какого-то существующего факта. На этом ядре формируется своя большая языковая модель — предтеча системы выработки решений.
Постановщик технических заданий
Роль, которую я писал под себя. Автоматизировать и упростить формирование технических заданий — это всегда большая проблема: правильно сформировать ТЗ, сделать внятный документ с реальными данными и каждый раз не собирать их из разных карт и источников.
Генезис: от департаментов к функциям
По факту происходит следующий генезис. У нас нет департаментов, кто нами управляет. У нас есть управляющие функции, встроенные в регулярную нашу практику. Житель может выбрать разные роли в зависимости от своей профессии. Есть возможность формировать новые дашборды — конструктор дашбордов уже встроен в систему.
В систему встроены «федеральные агенты» — искусственный интеллект, который понимает, что городу не хватает определённых компетенций, и запускает образовательную практику. Встроен образовательный модуль нового типа — не лекции и тесты, а стриминги и участие в реальных проектах в роли образовательного практиканта.
Ключевой переход: мы меняем роль городского сообщества. Оно перестаёт быть «ждуном» и критиком. Хочешь что-то в городе менять — обучайся, выбирай себе роль, подключайся к системе городских данных. Инициируй или участвуй в проектах, которые становятся публичными. Опубличивание городских инициатив и формирование аналитических сервисов, позволяющих участвовать в офлайн-событиях — модерациях, проектах.
Управление становится невыделенной функцией. Мы не назначаем специальных людей на управление. Мы все начинаем в нём участвовать. И за счёт конфигурации ролей вырабатываем стратегические инструменты управления: фонд городского развития, стратегический совет, продюсерские центры.
Система — не для администрации
Очень важная установка: эта система не для администрации. Администрация может прийти и спросить: «Свят, а где здесь я в этой модели?» Я отвечаю: «Вы кто? Вы продюсер — пожалуйста, в продюсеры. Вы стратег — в стратеги. Вы меценат — в меценаты. Какую роль вы заняли?» Потому что администрация и так заняла все роли в городе, но управление неэффективное.
Это надстроечная система. Модель управления, где городское сообщество является и заказчиком, и исполнителем одновременно. Модель управления городскими профессионалами. Она требует критики, достройки, обсуждения, но это принципиальный сдвиг: мы всё время пытаемся менять администрацию, но она свою роль выполняет. Она соответствует времени и эпохе, но не сильно отвечает за развитие, потому что развитие для неё — это нецелевое использование денег, выход за рамки и риски, которые она не хочет на себя брать.
Плюс администрация не может управлять моим мышлением. Пока ещё, слава богу, моё мышление сложнее, чем администрация. На моём месте может быть любой креативный человек, предприниматель, просто любой человек в городе, у которого есть инициатива, не укладывающаяся в заранее определённую программу администрации. Куда с этой инициативой податься — человек не знает.
Знаниевый реактор: город должен накапливать опыт
Город не накапливает опыт. Краеведческий музей пуст, архив города под замком, городской опыт уходит с каждой эпохой управленцев. Он должен где-то накапливаться. Появление общедоступного, кем-то управляемого и фондированного городского знаниевого реактора — это, на мой взгляд, следующая фаза развития.
У города должен быть дата-центр. У города должны быть модели интерпретации данных, которые он о себе знает. Должны быть профессионалы, кто может эти данные использовать в практике. Потому что толку, что в городе есть исследователи, если нет рынка исследований. Толку, что есть продюсеры, если нет продюсерских центров, фестивалей, продуктов на экспорт. Есть просто люди, кто присвоил себе статус, но профессиональной деятельностью не занимаются.
Открытость и загрузка знаний
Платформа открыта для подгрузки любых моделей, шаблонов, проектов. Ты как методолог можешь загрузить сюда любую модель, любой шаблон, любой проект. Просто не можешь заставить других пользоваться — эффективность проверяется на практике.
Но есть радикальная позиция: в основе дашборда горожанина лежат предварительные ценностные установки. Например, что опыт человека важен для города, а не только количественные показатели. Поэтому изначально я закладывал несколько базовых моделей — модель города, что город это не только физическое пространство, не только люди и не только культура, но разные конфигурации взаимосвязей между ними.
Я не претендую на монополию. Хотите — создавайте свою информационную систему управления городом. Я буду развивать свою, формируя open call акционеров этой системы.
Актуальность данных
Анкета горожанина имеет ценность в любом случае — это слепок опыта города в определённый момент времени. К ней можно относиться как к фазе: «тогда было вот так». Например, Сочи провёл пять анкет горожанина за восемь лет. Они видят динамику. Какие-то вещи меняются, какие-то нет. Ценность не в самой анкете, а в том, что она была сделана в определённое время, позволила сделать выводы и сохранилась как набор данных.
Неизбежно появление городского научного центра — по сути, университета. Городской университет должен заниматься наукой. Я прихожу в БФУ много лет и говорю: «Давайте поделаем проекты, исследования». Они отвечают: «Нам город сейчас неинтересен». Зовём их в экспедиции на восток области — Озёрск, Нестеров, Неман, маленькие городки, которые сжимаются. БФУ говорит: «Там уже никого нет, заказчика нет, нам тоже неинтересно». Городской университет в городе есть, но он не работает как университет.
Неизбежно появление сложных институций вокруг этой платформы. Научный центр, чьё целеполагание — актуальность знаний, методы получения знаний, рефлексия. Фактически зарождение другого типа городского университета.
Образование как непрерывное состояние системы
В любой дашборд встроена модель стриминга. Например, аналитик может запустить реальный стрим — включить запись и начать стримить свои мысли, обрабатывая реальные данные в городе. Не лекцию читая, а обрабатывая данные. Этот стрим становится частью академии городских лидеров.
Непрерывное образование — не инновация в этой системе. Ты постоянно можешь записывать стримы своих практик, делать их публичными или платными, предлагать участникам включиться. Образование становится непрерывным состоянием.
Добавлена функция персонального трекинга. В зависимости от роли, которую человек играет в городе, формируется его репутация, сценарий развёртки его таланта. В городе талантов Кемерово мы будем эту систему внедрять: если люди начинают принимать участие в проектах, они ведут хронологию саморазвития. На этой хронологии мы можем научным языком определять фазы торможения и ускорения развития. Нам казалось, что клубы не нужны, но участие этих трёх людей в этом клубе позволило им потом сильно вырасти в доходе или экспорте.
Фиксация персонального опыта позволяет накапливать знания, которых в городе не хватает. Каждое поколение как будто начинает с нуля, потому что ему не на что в городе опереться.
Доступ и развёртывание
Доступ в систему могут получить все, кто хочет. Но идёт настройка процедуры инициации. Всем подряд давать мощные инструменты — если люди этически к этому не готовы, то, наверное, нет.
Что будет открыто всегда — дашборд горожанина. Независимо от города, можно запросить запуск анкеты горожанина или зайти в имеющиеся данные.
Для методологов вход будет через научное сообщество, формирование языка исследований города. Для урбанистов — скорее всего через кафедру Глазычева, потому что со следующего года я буду преподавать городскую антропологию и хочу обсудить институализацию профессии урбаниста. Дашборд урбаниста должен быть универсальным и открытым для всех, кто является членом будущего профсоюза или ассоциации урбанистов, независимо от парадигмы — соучаствующее проектирование, Джейн Джекобс, кто угодно.
Для аналитиков, продюсеров, стратегов, историков, модераторов, меценатов — скорее всего городские форумы, проектные семинары. Прорабатывается вопрос коробочной версии системы: скачать программное обеспечение и настроить под себя. Встроена защита от манипуляции данными — механизмы фильтрации входящих данных хотя бы на предмет ненарушения законодательства.
Субъектность и отсутствующие связки
Критика звучит так: «В российских городах нет субъектов для такой классной системы». Пока нет. Но вещи взаимосвязаны. Проводя школы модераторов, продюсеров и исследователей — в этом году три или четыре школы, по 50–70 человек — все заканчивают одним вопросом: «Где наш рынок? Где нам работать?»
Предприниматели 50+ из разных крупных городов задают тот же вопрос: «У нас есть капиталы, мы готовы инвестировать в город. Где люди, в которых инвестировать? Где команды?»
Отсутствие информационного поля, валидированного и с понятной структурой, — вот в чём проблема. Есть молодые люди, готовые быть исследователями, продюсерами, модераторами, аналитиками. Есть те, кто готов финансировать. Нет механизмов их собирания. Они всё время шли параллельными путями: предприниматели — своей дорогой, молодёжь — своей. Разные форумы, медиа, язык, жизнь.
Отсутствие единой собирающей платформы. Я не говорю, что это канон — это пример механики. Соберите в городе недостающий пазл, но не на человеке, который будет на себе всё держать, а на системе. Тем более что искусственный интеллект сейчас позволяет хотя бы что-то делать более-менее объективно.
Вход в профессиональную роль — нельзя купить доступ. Чтобы участвовать в городском управлении, нужно пройти школу, образовательный цикл. После анкеты горожанина обязателен проектный семинар. На нём формируются рабочие группы, инициативы, люди занимают роли. Но Telegram, ВКонтакте и другие информационные системы не могут эту сложность впитать. Это естественный процесс — я просто консолидировал многолетний опыт работы с разными социальными системами на практике.
После проектного семинара куча ролей возбудились, готовы участвовать, но лёгкого входа или лёгкого занятия сложной городской роли нет: она не описана, нет общей собирающей информационной системы. Администрация говорит: «Общественный совет, рабочая группа» — которая работать не будет и влиять ни на что не будет. Из-за этого не происходит переход к сложной городской игре: городские команды, конкуренция, кооперация, фонды развития.
Информационная система может быть песочницей. Попробовать создавать проекты, подавать виртуальные деньги на инициативы, склеивать коммуникации из реальных данных. Формат песочницы для города — формат перехода.
Гипотеза: субъектность зависит от данных
Моя гипотеза: есть люди, готовые участвовать в городском управлении, но не готовые идти в депутаты, потому что это пока бессмысленно. Одна команда говорит: «Свят, добавь дашборд депутата». Я отвечаю: «Рано. Пусть депутат попробует быть модератором, комьюнити-менеджером, стратегом. Когда в городе возникнет городская политика — будет дашборд депутата. У вас уже есть вернакулярный район, институт репутации, — вы сами поймёте, кто лучше будет лоббистом от вашей ассоциации или района».
Множество людей не хотят участвовать в городском управлении. Причина банальна: оно неэффективно. Требует много ресурсов, оно одностороннее. Ресурсные и интеллектуальные люди отключились, не ходят на стратегические сессии и воркшопы. Потому что нет следующего шага. А следующий шаг — в моей повседневной жизни должны появиться инструменты, которые дают мне эффекты от участия в этом управлении.
Субъектность напрямую зависит от данных, которыми ты управляешь. Как только у тебя много данных — это влияет на твою субъектность. Но если ты умеешь ими управлять. Как только мало данных или ты ими не управляешь — ты выгораешь.
Что искусственный интеллект сделал возможным
Что сделал искусственный интеллект? Он очень дёшево сделал возможность свой опыт превращать в механики и технологии. Вот в чём его ценность. Но у нас нет платформ, которые собирают эти фишки искусственного интеллекта действительно в модель управления. И надеяться, что это сделает государство, — не приходится.
Я рассчитываю, что эта система может быть децентрализованной, абсолютно автономной в плане методологической начинки. И абсолютно в рамках законодательства — потому что законов не нарушает.
Система будет разворачиваться разными способами. Можно поставить любой город на парсинг — указать источники: сайт администрации, Википедия, библиотеки, паблики. Есть механизм автоматического сёрфинга и отбора релевантных пабликов. Поставить на неделю сбор знаниевого ядра о городе — потом в нём можно копаться.
Технические ресурсы для этого нужны другого порядка. Для каждого города потребуется свой дата-центр, потому что экспонента знаниевого реактора растёт. Но для тестирования уже сейчас достаточно анкеты горожанина и первичных открытых источников.
Недостающие роли: уроки из практики
Из практики — отсутствие фондирования в городе, отсутствие мецената является критическим. Если нет в городе кого-то, кто готов инвестировать не ради извлечения прибыли, а для достижения следующей фазы общественного блага, — все инновации проседают. Кемерово, например: IT-компания взяла на себя роль инвестора в будущее, несколько лет инвестировала в развитие языка, ролей, компетенций. Сейчас мы проектируем настоящий город на настоящей земле.
Ещё одна важная роль — продюсирование. В городах всё время есть кто-то, кто что-то продюсирует, но они друг друга не знают или знать не хотят. Продюсирование без данных превращается в геройские подвиги. Роли в городах были — связки между ролями не было. Вот почему эта информационная система мне кажется полезной.
Она полезна мне в моей практике, и я буду пытаться сделать её полезной для других. Чтобы общественное публичное поле в городе, коль оно не формируется городскими медиа, формировалось через информационную систему — с элементами ГИС, культурных кодов. И чтобы команда могла увидеть себя на этой карте.
Я показывал своим партнёрам: «Вашу проектную команду парсер нашёл и считает, что вы городская команда». Они говорят: «Как приятно! А что дальше можно сделать?» Я отвечаю: «Можно посмотреть социальные роли в команде — встроен автоматический анализ вашего публичного чата. Нажимаем кнопку — строится социальный граф, кто есть кто в команде». Команда говорит: «О, вот этим я уже готова пользоваться!» Потому что это те данные, которые ты быстро не получишь никогда. Автоматизация позволяет опереться на них и сделать следующий шаг.
Если Вам важно и полезно то, о чём мы пишем, поддержите нас: Благодарим!
