Домой Сообщество Интервью Олег Харченко: Такого масштаба, как в Сочи, не было нигде

Олег Харченко: Такого масштаба, как в Сочи, не было нигде

934
0

С тех пор как Олег Харченко, в свое время Петербурга, занял пост главного архитектора в государственной корпорации «», проекты многих объектов Олимпийского парка в Сочи претерпели существенные изменения. В беседе с «БН.ру» Олег Харченко назвал основные причины этого процесса и рассказал о специфике проектирования единого пространства для проведения зимних олимпийских игр.

— Около месяца назад на обсуждении в архитектурном совете ГК «Олимпстрой» была представлена концепция Олимпийской деревни. Что конкретно она предполагает и ожидаются ли какие-нибудь изменения?
— Концепция Олимпийской деревни в Сочи создается разными архитекторами по единому генеральному плану. Ее разработка в первую очередь зависит от планов инвестора («Интеррос» — «БН.ру»). Это типичный случай, когда государство как организатор проведения игр предлагает частному инвестору построить нужный объем жилья в коммерческих целях. Она задумана как большая целостная композиция, состоящая из двух десятков домов. Сначала в этих домах будут жить спортсмены, тренеры, все участники олимпиады, затем жилье будет продано на рынке. С точки зрения архитектуры замысел авторов проекта Олимпийской деревни вторит усредненному представлению о средиземноморском стиле: невысокие дома (максимум – шесть этажей) с террасами, скатными кровлями, элементами декора времен античности. Глобальных изменений эта концепция пока не предполагает. Кроме того, в Олимпийской деревне будут построены две гостиницы: одна – для членов Международного олимпийского комитета, рассчитанная на 500 номеров, другая – для членов олимпийской семьи, на 650 номеров.

— На сколько человек рассчитана деревня?
— На три тысячи. Этого будет достаточно.

— И какова ее площадь?
— Около 40 га. Это отдельная территория, которая проектируется как один жилой комплекс. Вообще должен сказать, что у нас будет две деревни: одна в прибрежном спортивном кластере, о котором мы ведем сейчас речь, другая – в горном. Там жилье рассчитано на 1900 человек.

— Участвуют ли петербургские архитекторы в проектировании средиземноморских домов?
— Пока только в создании концепции горной деревни. Прибрежным кластером полностью занимаются московские проектировщики.

— Какие спортивные объекты входят в Олимпийский парк?
— Олимпийский парк занимает очень большое пространство – больше 250 га. Там будут размещены восемь крупных спортивных сооружений, где будет использован лед. Давайте посчитаем все объекты. 1 – Центральный футбольный стадион, единственное здание из числа главных объектов, где нет льда. 2 – Большая ледовая арена для проведения хоккейных матчей, с трибунами на 12 тысяч мест. Для сравнения: Ледовый дворец в Санкт-Петербурге тоже рассчитан на 12 тысяч зрительных мест. Рядом с ней Малая ледовая арена, тоже предназначенная для хоккейных игр – 3. Тренировочный комплекс с двумя хоккейными площадками – 4. Ледовая арена для керлинга – 5. 6 – Дворец конькобежного спорта. Там будет дорожка для конькобежцев и трибуны, рассчитанные на 8 тысяч зрителей. 7 – тренировочная площадка для фигурного катания. 8 – ледовая арена для фигурного катания и шорт-трека. Трибуны здесь также рассчитаны на 8 тысяч зрителей.

— Все перечисленные проекты находятся на разных стадиях развития. Концепции каких проектов были согласованы архитектурным советом «Олимпстроя» без особых проблем?
— Недавно был завершен архитектурный проект ледовой арены для керлинга. Он был согласован без особых замечаний и скоро будет передан на рассмотрение в экспертизу. Большинство проектов так или иначе подвергаются корректировкам.

— Почему?
— В первую очередь потому, что архитектурные компании берутся за проекты не на конкурсной основе. Вы говорите с человеком, который пришел в проект «Сочи-2014», когда уже многое случилось. Однако мне многое удалось исправить. Например, работу над созданием проекта Центрального футбольного стадиона. Осенью прошлого года, когда я пришел в «Олимпстрой», корпорация разорвала контракт с прежними разработчиками стадиона. Причина была в том, что они потратили слишком много времени на согласование своего проекта в экспертизе. Однако экспертиза категорически отказалась давать положительное заключение. Я как раз попал в такую ситуацию, когда контракт с прежним проектировщиком был расторгнут, а на его место уже претендовали семь консорциумов, в которые входили и строители, и проектировщики, и менеджеры. Конкурса в официальной форме не было, но была некая процедура выбора единого исполнителя. В результате приоритеты были отданы консорциуму, в который входят строительная компания «Геоком», менеджер проекта швейцарская фирма Botta-management и два проектировщика: английская фирма и российская фирма «Моспроект-4».

— Вам нравится проект стадиона, над которым они работают?
Да. Проект очень красивый. Мы не жалеем о выборе, архитектура получается очень интересная.

— Однако сегодня проектирование стадиона тоже предполагает определенные проблемы…
— Да. Сегодня самая большая проблема, связанная с Центральным футбольным стадионом, это соответствие требованиям УЕФА и ФИФА. Международный олимпийский комитет предъявляет требования к такому сооружению только в связи с торжественными церемониями открытия и закрытия олимпиады. В этом смысле их интересует в большей степени конструктивная часть, связанная с обеспечением потоков людей. По требованиям комитета, стадион должен быть рассчитан на 40 тысяч зрителей. Однако после Олимпиады 2014 года стадион будет жить не для церемоний, а для футбольных матчей. И нам надо его сделать таким, чтобы он мог претендовать на проведение полуфинала чемпионата мира по футболу 2018 года.

— Но в таком случае 40 тысяч зрительских мест мало, чтобы соответствовать этому уровню. Стадион на Крестовском острове в Петербурге сейчас меняется в проекте в том числе для увеличения мест на трибунах – до 67 тысяч. Вы будете переделывать проект?
— В этом и вся проблема! И речь идет не только о количестве мест. Там есть проблемы, связанные с шириной рядов, углов зрения и т.д. Наш стадион проектируется так, что в дальнейшем, после Олимпиады, в соответствии с требованиями ФИФА будет рассчитан на 45 тысяч мест. В обыденной жизни – на 25 тысяч мест. Это возможно – за счет частичной разборки трибун.

— Насколько известно, проект Большой ледовой арены тоже претерпел изменения. Какие?
— Да, этот проект менялся. Но в основном в конструктивном плане. Арена почти не изменилась в архитектурной форме. Там есть выразительный прием: каплеобразный купол, который покрывает и фойе, и пространство хоккейного поля, и трибуны. Малая ледовая арена, арены для фигурного катания, керлинга и конькобежного спорта – все они практически получают новое архитектурное лицо. С выходом правительственного решения о разработке сборно-разборных вариантов сменились и архитекторы, и исполнители.

— Какие сооружения будут разобраны после Олимпиады?
— Из восьми останутся только три: футбольный стадион, Большая ледовая арена и Дворец конькобежного спорта. Остальные будут разобраны и перемещены в другие города со схожим климатом, схожими техническими условиями. Дворец конькобежного спорта уже сейчас проектируется сразу как выставочный комплекс. В будущем он будет работать на экономику края. Трибуны и вся холодильная система проектируются так, чтобы их можно было разобрать и утилизировать.

— Что останется на месте разобранных сооружений?
— Строят эти сооружения будущие владельцы участков на территории Олимпийского парка. Земельные участки, которые будут переданы, по площади своей больше, чем требуется для того, чтобы функционировали только спортивные сооружения. После разборки спортивных объектов останутся фундаменты, и плюс к ним инвесторы получат довольно большую площадь – примерно 8 га территории на берегу Черного моря. Это прилично. На этом месте можно построить коммерчески выгодные объекты. Инвесторы на это идут. Наиболее крупные из них: инвестиционно-строительная компания «Славобласть» — проекта арены для керлинга, и компания «УГМК-холдинг» — проект Малой ледовой арены. Они готовы к тому, чтобы построить данные объекты за свои деньги. Среди временных объектов есть один государственный – дворец для фигурного катания. Есть 50-процентная вероятность того, что он останется как сооружение. Только будет рассчитан не на фигурное катание, а на велотрек.

— Сколько в процентном соотношении инвестиционных проектов?
— Олимпийская деревня – инвестиционный проект. Вся гостиничная программа – инвестпроект. Государство создает всю дорожную, инженерную инфраструктуру, а также пространство Олимпийского парка.

— 13 февраля на обсуждение в архитектурном совете была представлена концепция строительства железнодорожных вокзалов. Часть проектов вы подвергли серьезной критике. За что?
— В концепции предусмотрено три вокзала: рядом с Олимпийской деревней «Олимпийский парк», новый вокзал в Адлере, вокзал «Альпика-Сервис», а также станции «Верхний Имеретинский курорт» между Адлером и Сочи и еще одна в горном кластере. Многое уже сделано. В частности, вокзал в Адлере заказчик (ОАО «РЖД» — «БН.ру») планировал строить уже весной этого года. Однако половину всей работы проектировщикам придется переделать. Дело в том, что в концепции была некая экспозиция из пяти вокзалов, разных по архитектуре. Было бы простительно, если бы проектами занимались разные компании. Но все пять вокзалов проектировала одна компания – ЗАО «Национальный градостроительный институт». В итоге получился ряд разных по стилю и архитектурным решениям объектов. Члены совета оценили положительно только вокзал «Олимпийский парк». Его идея пока представлена только на бумаге. Совет предложил заимствовать архитектурную концепцию этого вокзала в качестве типового решения для других вокзалов. Таким образом, мы можем достичь архитектурного единства.

— Было ли в истории зимних олимпийских игр такое, чтобы площадку для их проведения строили с нуля?
— Скорее, такое происходит впервые. Обычно в тех городах, где проводились игры, были готовые объекты. В крайнем случае, их реконструировали. Но такого масштаба, как в Сочи, не было нигде. В том же Ванкувере многие объекты разбросаны. Там нет, например, понятия «центральный стадион». Далеко не во всех олимпийских городах обеспечивали всю инфраструктуру специально для игр. Мы делаем это по российским масштабам. По-другому не получается.

«Архитектура Сочи»

источник: bn.ru

Олег Харченко: Такого масштаба, как в Сочи, не было нигде
Оцените, пожалуйста

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Получать новые комментарии по электронной почте. Вы можете подписатьсяi без комментирования.